Досуг »
23:40 26 сентября 2016

Пепельная Роза

Настя сидела на скамейке в парке и бессмысленно считала, сколько мимо пройдет женщин в красном. Стояли отличные майские денечки; на клумбах зацвели тюльпаны, свежая травка радовала нежной зеленью. Малышня носилась по дорожкам с радостными криками — точь-в-точь маленькие беззаботные птички. И женщин в красном было, конечно, предостаточно.

Нарядные яркие бабочки, они демонстрировали миру свою готовность к новому сезону. Настя обновлению природы не радовалась. Даже, можно сказать, пребывала в депрессии. На носу выпускные экзамены, а все мысли только о неудачном романе с Димкой Ковалевым из параллельного класса. Два месяца любовной нервотрепки, стихов, страданий, бесконечных телефонных разговоров по ночам. И вот — результат: Димка бросил ее, грубо и не по-джентльменски.

И об этом знает весь класс, вся школа, да что там — весь мир знает, что Настя брошенка. А самое страшное — рана эта болит, не хочет затягиваться. Настя ненавидела Димку — и мечтала о новой встрече. Он увидит, какая она красавица, и поймет, что потерял. Воображение рисовало ей то главную роль в фильме, то карьеру ведущей модного ток-шоу, то подиум в Париже, по которому она, Настя, вышагивает в дизайнерских нарядах. На ней тоже красное платье. Цвет темно-брусничный, как сумочка у той вот брюнетки.

Ага, номер восемнадцать. На числе «27» Настя сбилась: заметила, что сидящий рядом с ней на скамейке дед — старый гриб в белых отутюженных брючатах и забавной парусиновой шляпе — украдкой зарисовывает ее в блокнот. Настя на- хмурилась, хотела подняться и уйти прочь. Дед удержал ее:

— Простите великодушно, сударыня. Вы так хороши и свежи. Знаете, вы как Венера, рождающаяся из волн. Вы — абсолютная героиня Боттичелли, те же удлиненные черты лица, миндалевидные светлые глаза, рыжинка в волосах. Позвольте мне закончить набросок. Я художник, зовут меня так же, как звали поэта Лермонтова.

— Михаил Илларионович? — блеснула познаниями Настя. Что ж, отличницей она никогда не была.

— Ну что вы, прекрасное дитя. Михаилом Илларионовичем звали полководца Кутузова… Я — Михаил Юрьевич, не Лермонтов, а Алешин. В прошлом художник-иллюстратор. Ныне — пенсионер и жуир. Жуир — это с французского «веселый человек», «повеса». Слово устаревшее — как и я сам. А как вас зовут, красавица?

— Ну, во-первых, я не рыжая. Это краска для волос такая. Называется «пепельная роза». Во-вторых, зовут меня Настей. А еще мне некогда тут позировать. Всего доброго.

Настя резко поднялась. Хотела добавить что-то еще — грубое и хлесткое. Пусть знают они все. И этот противный старикан. И Ковалев, подлец. И Боттичелли со своими натурщицами. Но Михаил Юрьевич не обиделся. Он рассмеялся — легко и беззаботно. И протянул Насте вырванный из планшетки лист желтоватой бумаги.

— Хорошо, мой ангел. Возьмите этот рисунок на память. Он не закончен, но ничего. Спрячьте его дома в какую-нибудь книгу и позабудьте о нем. А потом, через много лет — меня, конечно, уже не будет на свете, а вы повзрослеете, — обзаведетесь своими детьми, серьезными проблемами, — ваша дочь возьмет от скуки или по программе эту книжку. Почему-то мне кажется, что вы уберете рисунок в томик Лермонтова…

Так вот, ей зададут по программе «Героя нашего времени», и она возьмет книжку, чтобы прочитать. И вот между страницами найдет этот рисунок. И спросит: кто эта юная красавица? Почему она так похожа на тебя, мама, и на меня тоже?! И вы вспомните и этот день за один шаг до лета, и восхитительные тюльпаны, и ласковое солнце, и меня, нелепого джентльмена, немолодого художника Эм Ю Алешина.

Тогда-то несчастье, которое ты сейчас переживаешь, уже будет давным-давно позабыто. Не плачь, Пепельная Роза. Можно я буду называть тебя именно так, а не обычным именем Настя? «Настя» тоже прелестно, но сейчас ты именно Пепельная Роза… Рассказывай, что с тобой произошло? Хотя и так понятно. Но ты все же расскажи.

Тебе самой станет легче… Настя не заметила, как в разговоре художник перешел с ней на «ты». Она послушно опустилась на скамейку и рассказала этому незнакомому человеку все, чем так мучилось и болело ее сердце последние недели. Про любовь и предательство, про одиночество и непонимание. Про то, что все равно он, Димка, самый лучший. Он — единственный.

А ее, Настина, жизнь, конечно, уже заканчивается. И этот яркий день отвратительно контрастирует с той черной вязкой горечью, которой до краев наполнена ее душа. И действительно, выговорилась — и стало легче. Набросок она, для прикола, засунула в «Героя нашего времени» и поставила на дальнюю полку… Так они подружились, и все лето, по субботам, встречались на этой скамейке в парке. Он приносил ей в смешной сумке-авоське толстые книги со своими иллюстрациями.

И старые фотографии — много старых фотографий. В молодости Михаил Юрьевич был черноволос, усат и всегда улыбался. Разговаривали обо всем на свете. Михаил Юрьевич умел подобрать нужные слова в таких вопросах, о которых Настя и с подружками-то не говорила… А с ним получалось легко и свободно. Как-то поссорились. Виноват был Михаил Юрьевич: жестко раскритиковал Настю за рваные по моде джинсы.

— Дойдет до того, что войдут в моду вещи со следами утюга! Или — испачканные грязью. Вы так пренебрежительно относитесь к своим вещам, даже сознательно эпатируете, потому что подчеркиваете внешним видом: я ни к чему не отношусь серьезно, мне попросту наплевать… Парень идет на свидание к девушке в рваных джинсах — в прорехи видны волосатые ножонки. Разве это нормально?! Когда-то Ломоносов, по бедности, пришел в рваном камзоле; над ним пошутили щеголи: это, наверное, ум оттуда выглядывает. А Ломоносов парировал: нет, это глупость туда заглядывает! Вот и в ваши рваные джинсы тоже заглядывает, пардон, самая натуральная глупость! Во времена моей молодости на свидание мы надевали самое лучшее, — брали на один вечер у друзей. Брюки — обязательно отутюжены по стрелке! Ботинки — начищенные! И девчата так же наряжались. Потому что каждая встреча была значимая…

— Потому что вы — ваше поколение — рабы вещей! Вы, а не мы, — взрывалась Настя. — Для вас только и важно было, чтобы ботинки начищены. А носки под босоножки! Я видела, у вас девки носили под босоножки хлопковые белые носки, это ж посмешище! Как маленькие девочки!

— Ты ничего не понимаешь, Пепельная Роза! Ничего! Носочки — это так мило и женственно, такую ножку хочется разуть, достать из ткани, распеленать… поцеловать каждый пальчик! Но только если он не накрашен таким вульгарным голубым перламутром, как у тебя!

После того как поссорились, не встречались долго. Недели две. А потом Настя стала волноваться: не случилось ли чего? Какая она все-таки дурында. Михаил Юрьевич ведь уже немолодой человек. К нему надо относиться мягче. Думала: как его найти, если в ближайшую субботу не придет на скамейку под высокий каштан? Но он пришел. Сидел со своим блокнотиком, что-то зарисовывал.

И Настя шла к нему, стараясь не переходить на бег. Ей так много надо было рассказать Михаилу Юрьевичу… Вместе они «пережили» Настины экзамены и зачисление в институт. Когда увидела свою фамилию в списке, думала, сердце выскочит от радости. Михаил Юрьевич тоже очень обрадовался за свою Пепельную Розу. Но сказал, что он немножко волшебник, поэтому знал и так, что она поступит.

Просто говорить не хотел. Потом добавил:

— Роза, я хотел бы сделать тебе подарок. Здесь неподалеку, возле метро, есть ювелирный магазинчик. Я хочу купить тебе украшение с настоящим бриллиантом.

Настя замахала руками и поперхнулась от возмущения, но Михаил Юрьевич остановил ее.

— Понимаешь, у каждой женщины должен быть хоть маленький, но бриллиантик. Не вся эта роскошная пластмасса и искусственные камушки. Бриллиантик. И должен быть мужчина, который ей скажет: выбирай что хочешь! Я хочу, чтобы ты знала: такие мужчины есть. Ты сама — бриллиант. Только еще этого не знаешь.

Настя выбрала себе крошечную подвесочку в форме подковки. На счастье. Маленький бриллиант играл на солнце всеми цветами радуги.

Потом, в конце августа, она уехала на две недели на Черное море. Мама сказала: надо набраться сил перед учебой. Вернулась загорелая и очень счастливая: там она познакомилась с Ромкой, Романом, третьекурсником из Плешки. С Романом разгорелся самый настоящий взрослый роман… Димка был забыт, как смешное недоразумение. Настя вернулась в Москву счастливая. Новая. Взрослая. Впереди ее ждали радости большие и маленькие: учеба, знакомства с новыми людьми, осень, прогулки по аллеям, усыпанным золотыми листьями, поцелуи под дождем, нежные эсэмэски и многое другое. «Золотая подковка принесла счастье Пепельной Розе» — такую фразу заготовила Настя для Михаила Юрьевича Алешина, немолодого художника в парке.

Но он не пришел. Ни в первую субботу сентября, ни во вторую. Настя расстроилась и даже хотела найти его через адресное бюро — но позвонил Ромка и предложил поехать на выходные с друзьями на дачу. Настя рассказала ему про странного художника, ее друга. Но Ромка только махнул рукой: «Насть, ну что у вас может быть общего. Ты никакая не Пепельная Роза.

Ты же моя зайка. Только моя. И я тебе не разрешаю знакомиться в парках с незнакомыми мужиками — даже старыми. Знаешь, какие старички бывают…» Скамейку в парке секло дождями, на нее падали листья. Скамейка, казалось, тяжело вздыхала; краска за зиму, наверное, совсем облупится.

Ох, не жалеют ее люди, не жалеют… Она, скамейка, могла бы многое рассказать о тех, кто присаживается на нее, знакомится, болтает обо всем на свете. Взять хоть это лето — сколько слышала она признаний в любви, тайных разговоров, ссор, сплетен! Под кроной каштана завязывались романы и рушились судьбы. Малыш стучал лопаточкой для песка, семиклассник вырезал на спинке «М + Л».

А в самом конце лета старик в парусиновой шляпе не дождался кого-то, хоть и ждал с раннего утра до позднего вечера. И желтоватые листки из его планшета вдруг разлетелись так же, как сейчас осенние листья… Скамейка немножко грустила оттого, что больше он никогда не придет и не посидит под каштаном. Он был забавный, этот старик! В тот последний день лета он бессвязно бормотал что-то о том, как через много лет сюда придет юная девочка с книгой Лермонтова и вдруг найдет там какой-то рисунок… Скамейка не расслышала — что за рисунок, что за девочка? Но она твердо решила дождаться ее. Скамейки в парке умеют ждать и хранить секреты.

Вернуться на главную
Новости партнеров


Комментарии (0)

Гость
0/1024
  • :)
  • :(
  • :o
  • :D
  • :P
  • O:-)
  • >:o
  • :-|
  • %)
  • :'(
  • ]:->
  • :-*
  • :-X
  • 8-)
  • 0.0
  • :thinking:
  • :td:
  • :tu:
  • :-!
  • :-[
  • ;-)
  • :red:
  • :flower:
  • :music:
  • :be-quite:
  • :dead:
  • :party:
  • :gift:

  • 1
  • ...